Статья посвящена анализу взаимосвязи между агентами поля искусства и создаваемыми ими произведениями. Актуальность этой темы опосредована ростом как социального интереса к искусству, так и экономических признаков этого интереса (цен и объемов продаж искусства на мировом рынке). Теоретической основой исследования служит теория полей символического производства П. Бурдье, а также критика этой теории с позиций социологического “возвращения к вещам”. Предпринимая попытку дополнить агенториентированный подход теории полей рассмотрением предметов искусства, мы раскрываем роль объектов в успехе агента в символической игре. Основой нашего исследования служит фрагментарная историческая ретроспектива развития искусства, данные о продажах на различных уровнях арт-рынка, а также сведения, полученные в процессе эмпирических исследований украинского рынка искусства. Мы постулируем, что произведения искусства участвуют в конструировании полей наряду с агентами, однако выполняют при этом не самостоятельные или сопоставимые с агентами, а делегированные функции. Исходя из материальности произведения искусства (если не физической, то юридической и социальной), рассматриваются пространственные и социальные отношения, в которое включается произведение, будучи создано. К ним относятся включение в выставочное пространство, хранение и его условия, пространственное размещение в микро- и макроконтексте, перемещение и продажа. При этом показано, как именно взаимосвязаны физическое и социальное пространство: перемещение в одном имманентно перемещению в другом. Анализируя произведения в их связи с агентами поля искусства, мы обнаруживаем параллелизм траекторий агентов и объектов, которые они создали или с которыми связаны. Корпус произведений одного художника, таким образом, понимается как внеобъектное социально маркированное целое, структурированное эволюцией художественной манеры автора и одновременно структурирующее его претензии на изменение позиции в поле. Рассматривая индивидуальную и социальную значимость времени и пространства, мы доказываем возможность трактовать отдельное произведение как ставку агента, являющуюся слепком его габитуса в определенный момент времени. Успех агента с этой точки зрения анализируется как опосредованный выигрышем одной или нескольких таких ставок в тот момент, когда они оказываются соответствующими объективным условиям, определению осевой ценности поля. В свою очередь для агентов-посредников приобретение произведений и владение ими является попыткой одновременно предугадать и обеспечить определенным произведениям меру достаточной для выигрыша символической власти. Рассмотрев упомянутые связи, мы приходим к выводу, что произведения искусства действительно участвуют в структурировании поля искусства путем получения капиталов и позиций для агентов, с которыми они связаны. Поскольку рассмотрение объектов сквозь исследовательскую оптику теории полей позволяет прояснить механизм символической игры (борьбы), мы заключаем, что такой подход может быть полезен и при изучении других полей символического производства, а также в качестве основания эмпирических исследований поля искусства.