Маркеева Анна Валерьевна канд. социол. наук, доц., доц. кафедры экономической социологии и менеджмента социологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова, Ленинские горы, 1, стр. 33, Москва, 119234
Панферов Дмитрий Александрович магистр. кафедры экономической социологии и менеджмента социологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова, Ленинские горы, 1, стр. 33, Москва, 119234
Жолобова Ольга Андреевна магистр. кафедры экономической социологии и менеджмента социологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова, Ленинские горы, 1, стр. 33, Москва, 119234
Активное внедрение новых технологий, переход к цифровой экономике могут обострить существующие проблемы российского рынка труда (рост неформальной занятости, резкое сокращение социально-трудовых гарантий для всех профессиональных групп в условиях развития нестандартной занятости, низкая трудовая мобильность и т.д.), привести в долгосрочном периоде к существенному росту технологической безработицы. По прогнозам, к 2022 г. не менее 53% всех российских работников столкнутся с необходимостью переквалификации или значительного повышения существующей квалификации. В этих условиях возрастает значение служб занятости, которые должны стать эффективной структурой для массовой переквалификации и переобучения значительной части российских работников. В статье на основе серии глубинных экспертных интервью выявлены проблемы организации программ переобучения и переквалификации безработных “изнутри” (ориентация программ на “подгонку” безработных под имеющиеся рабочие места, а не на перспективные профессии, низкая эффективность программ в условиях недостаточного финансирования, слабое применение дистанционных форматов обучения, отсутствие взаимосвязи служб занятости с работодателями и т.п.). Авторы акцентируют внимание на том, что значительная часть проблем обусловлена слабым взаимодействием между федеральным уровнем (Рострудом) и региональными департаментами и службами занятости, что препятствует реализации стратегических задач подготовки человеческих ресурсов к цифровой экономике, не позволяет формировать эффективные решения по переобучению и трудоустройству безработных граждан в условиях “новых вызовов”. Отмечается, что без целенаправленных усилий со стороны государства и бизнеса в сфере массовой переквалификации и переподготовки работников, без формирования эффективной образовательной инфраструктуры Россия столкнется со значительным ростом технологической безработицы, что будет приводить к усилению социального неравенства, к закреплению значительной части российского населения в сфере малооплачиваемых, низкоквалифицированных рабочих мест, создаваемых отраслями, не связанными с цифровой экономикой.
The development of the digital economy can aggravate the existing problems of the Russian labour market (the high level of informal employment, low labour mobility, growth of precarious employment etc.), can cause a growth of technological unemployment. Automation and digitalization would change most task sets within particular occupations, would radically change distribution of workers by occupations. By 2022, about 53% of labour forces can be re-trained. The Russian employment services have to become an effective structure of mass retraining. The analysis of in-depth expert’s interviews reveals an organizations problem of retraining programs (the focus on the functional tasks of the employment services, the low efficiency of programs, the insufficient financing, the lack relations of the employment services with employers, etc). The authors focused on a problem of interaction between the federal level (Federal service of labor and employment) and regional departments and the employment services. Now, it is necessary to strengthen the role of the federal bodies for the formation of a proactive employment policy. This measure will help us to move from the existing fragmentation in employment management, to transfer the experience and knowledge of the Federal service to all regional structures. Active work of employment services will help to reduce social inequality, will not allow excluding a most of Russian workers from high-paid, high-tech branches of the digital economy.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.